Эти распрекрасные выходные я провел конечно же в деревне. Так получилось, что я поехал туда один, но по счастливой случайности взял с собой фотоаппарат - в общем, развлекался как мог.

Утренний чай из прошлогодних запасов душицы.

Небольшая прогулка по лесу

Что за трава не знаю, но цветов было много

Запахи цветов и трав и невообразимый шум оглушают.

Обед туриста, а по совместительству и ужин, ибо готовить было мучительно лень

Еще три секции новенького забора - грунт оттаял и вкапывать столбы уже не было тяжело.

 Та самая речка, из который аборигены берут воду. Змеинка.

Ну и я, почетный труженик, возле цветущей черемухи и нового забора.

Еще я посадил куст вишни, перепахал пятак целины и посадил ведро картошки да пару гряд морковки. Сосны, посаженные на склоне, за исключением одной, вроде как прижились, ну или делают вид, что прижились.
Вечером, в тепле, натопленным бывшим забором, перечитал "Маленького принца". И в очередной раз удивился этой книге, посвященная детям, она написана исключительно для взрослых. И вспоминая школьную программу, удивляюсь как меняется мироощущение со временем. Тогда, в классе, мы говорили о ней исключительно с позиции заботы о животных. Из всей книги выхватили кусок истории, да что там истории, фразу: мы в ответе за тех, кого приручили и об этом мусолили сочинения. А ведь эта фраза абсолютно второстепенная и если взять историю с лисом, хотя там были и более интересные диалоги, например, со стрелочником, то лис учит мальчика любить - дает ему абсолютно логичную и пошаговую инструкцию к действию. Наверное, школьная программа предназначена не для понимания детьми глубокой и трудной литературы, она нужна для того, чтобы показать все это, наметить то, к чему с течением времени стоит вернуться.

Что за чудесные выходные! В пятницу я, неожиданно для себя, заболел. Даже поднялась высокая температура, что удивительно и случается со мной крайне редко (вегетарианцы люди не болезненные, вопреки расхожему мнению). Мужчины достойно болеть не умеют, а я не очень-то старался: театрально закатывал глаза, писал завещание, ныл, скулил и требовал чаю, а потом, наконец-то, я забрался в постель! И пролежал там весь уикенд! Поздно ложился и просыпался далеко за полдень! Честно, я не помню, когда в последний раз вставал после двух - кажется, это было еще в школе. И я смотрел МУЛЬТИКИ!!!! Посмотрел три сезона "Легенд об Аанге"! Господи, как это было прекрасно: я, одеяло и аватар! Тем более, что все симптомы исчезли уже в субботу, а чай продолжали давать и в воскресенье!
Видимо, я просто переутомился и потому вышел этот расчудесный сбой. Рестарт. Надо заметить, что лучшие события в моей жизни происходили именно после болезней. И сейчас, я, наконец, обрел новую Идею-фикс. Связано это, конечно, с Аватаром, но не напрямую. Ничто не появляется в жизни случайно и для всего существует свой час. Речь идет о судьбе. Рано или поздно, так или иначе перст судьбы укажет на нас и придет пора занять свое место.

P.s. Музыки не будет, так как Простоплеер чего-то из строя вышел.

Дачный сезон открыт и набирает оборот! Продолжаю чинить забор, но в этот раз уже не тыном, а простыми поперечками - не до хорошего. Из хорошего: там все прекрасно, красиво, и увлекательно: в лесу видел гадюку, а прямо к дому приполз уж погреться на солнце. Назвал его Гошей, в честь рядом живущих наркоманов. Из плохого: местность скупает СДС. Очень волнуюсь, что будут проблемы с ними. Надо срочно делать документы, проблемы с которыми будут наверняка. 

Поле, усыпанное кандыками 

Ну и я: бледный и какой-то пришибленный.

Все хорошо, все очень хорошо! У меня много новых практик  и время летит незаметно. В кои-то веки, можно не ныть - у меня все есть. А если чего-то нет, то есть средства это получить.

P.s. 

Эдгар По "Колокольчики"

Слышишь, сани мчатся в ряд,
Мчатся в ряд!
Колокольчики звенят,
Серебристым легким звоном слух наш сладостно томят,
Этим пеньем и гуденьем о забвеньи говорят.
О, как звонко, звонко, звонко,
Точно звучный смех ребенка,
В ясном воздухе ночном
Говорят они о том,
Что за днями заблужденья
Наступает возрожденье,
Что волшебно наслажденье—наслажденье нежным сном.
Сани мчатся, мчатся в ряд,
Колокольчики звенят,
Звезды слушают, как сани, убегая, говорят,
И, внимая им, горят,
И мечтая, и блистая, в небе духами парят;
И изменчивым сияньем
Молчаливым обаяньем,
Вместе с звоном, вместе с пеньем, о забвеньи говорят.

2.

Слышишь к свадьбе звон святой,
Золотой!
Cколько нежного блаженства в этой песне молодой!
Сквозь спокойный воздух ночи
Словно смотрят чьи-то очи
И блестят,
Из волны певучих звуков на луну они глядят.
Из призывных дивных келий,
Полны сказочных веселий,
Нарастая, упадая, брызги светлые летят.
Вновь потухнут, вновь блестят,
И роняют светлый взгляд
На грядущее, где дремлет безмятежность нежных снов,
Возвещаемых согласьем золотых колоколов!

3.

Слышишь, воющий набат,
Точно стонет медный ад!
Эти звуки, в дикой муке, сказку ужасов твердят.
Точно молят им помочь,
Крик кидают прямо в ночь,
Прямо в уши темной ночи
Каждый звук,
То длиннее, то короче,
Выкликает свой испуг,—
И испуг их так велик,
Так безумен каждый крик,
Что разорванные звоны, неспособные звучать,
Могут только биться, виться, и кричать, кричать, кричать!
Только плакать о пощаде,
И к пылающей громаде
Вопли скорби обращать! А меж тем огонь безумный,
И глухой и многошумный,
Все горит,
То из окон, то по крыше,
Мчится выше, выше, выше, И как будто говорит:
я хочу
Выше мчаться, разгораться, встречу лунному лучу, умру,
Иль тотчас-тотчас вплоть до месяца взлечу!
О, набат, набат, набат,
Если б ты вернул назад
Этот ужас, это пламя, эту искру, этот взгляд,
Этот первый взгляд огня,
О котором ты вещаешь, с плачем, с воплем, и звеня!
А теперь нам нет спасенья,
Всюду пламя и кипенье,
Всюду страх и возмущенье!
Твой призыв,
диких звуков несогласность
Возвещает нам опасность,
То растет беда глухая, то спадает, как прилив!
Слух наш чутко ловит волны в перемене звуковой,
Вновь спадает, вновь рыдает медно-стонущий прибой!

4.

Похоронный слышен звон,
долгий звон!
Зорькой скорби слышны звуки, горькой жизни кончен сон.
Звук железный возвещает о печали похорон!
И невольно мы дрожим,
От забав своих спешим
И рыдаем, вспоминаем, что и мы глаза смежим.
Неизменно-монотонный,
Этот возглас отдаленный,
Похоронный тяжкий звон,
Точно стон,
Скорбный, гневный,
И плачевный,
Вырастает в долгий гул,
Возвещает, что страдалец непробудным сном уснул.
В колокольных кельях ржавых,
Он для правых и неправых
Грозно вторит об одном:
Что на сердце будет камень, что глаза сомкнутся сном.
Факел траурный горит,
С колокольни кто-то крикнул, кто-то громко говорит,
Кто-то черный там стоит,
И хохочет, и гремит,
И гудит, гудит, гудит,
К колокольне припадает,
Гулкий колокол качает,
Гулкий колокол рыдает,
Стонет в воздухе немом
И протяжно возвещает о покое гробовом.

Мне не хватает моей бабушки. В детстве я клал голову ей на колени, а она гладила меня. От нее пахло табаком и кухней.
У меня дергается глаз и все тело, я извожусь жалостью к себе. Соберись, be man! Но того, кто мне это скажет, я порву на кусочки.
Я, как раненный зверь, погибаю, но любая рука помощи - пощечина и угроза.
Я выживу. Человеку даются барьеры, преодолеть которые он может, напрягаясь на полную, оставляя клочья шкуры на нем и заливая все кровью - такова плата за проход.

Сегодня снилось, будто я нашел свой дом. Я его увидел и сразу понял как же мне там хорошо, понял, что всю жизнь мне не хватало именно этого. Это была не квартира, но квартирный дом: одноэтажный вытянутый прямоугольник с большими окнами. Он был обставлен и в одном окне я даже разглядел велотренажер. Нигде не было пыли - он ждал меня и тоже был рад встрече. Это был какой-то другой мир - не знаю как мы туда попали, но таких как я, переезжающих, было много - люди шли с тележками, груженными вещами.
Интересно, что он значит? Я умру и окажусь там, откуда я пришел? Когда-то я хотел жить вечно, но порой я ощущаю себя древним стариком, для которого смерть - это благословение.